МИНИСТЕРСТВО КУЛЬТУРЫ РЕСПУБЛИКИ КРЫМ
​Государственное бюджетное учреждение Республики Крым «Музей-заповедник

Экспедиция по местам боев крымских партизан

29.10.2019 15:08

К 75-летию Великой Победы

   В ходе подготовки к 75-летию Победы в Великой Отечественной войне советского народа над фашисткой Германией и ее союзниками 24-26 октября 2019 года группа в составе: старший научный сотрудник музея-заповедника «Судакская крепость» В.А. Захаров, научный сотрудник «Института археологии Крыма РАН» С.В. Иванов, командир Крымского отделения поискового отряда «Южный Рубеж» С.А. Царенко и группа участников поискового отряда г. Судака произвели полевой выезд по проверке состояния памятников и памятных знаков по местам боев крымских партизан на территории Судакского и Белогорского районов. Было также обследовано предполагаемое место падения самолета «П-39 Аэрокобра» (P-39 Aircobra), обнаруженного в районе большого партизанского аэродрома на Караби-Яйле.
   В 1986 году по просьбе бывшего комиссара Северного соединения крымских партизан Николая Дмитриевича Лугового были собраны остатки самолета за южными границами большого партизанского аэродрома. Помимо оплавленного алюминия корпуса летательного аппарата были найдены шкала приборной доски, фрагменты двигателя, радиостанции и истлевший погон младшего лейтенанта. На отлично сохранившемся зажиме из нержавеющей стали четко читалась надпись «Made in USA. Chicago».
   Виталий Захаров пришел к выводу, что это был один из американских самолетов, поставляемых союзниками по «Ленд-Лизу» («Lend-Leas»). Но самолеты такого типа никогда не летали в партизанский Крым и дебаты по этому поводу постепенно затихли. К этой версии пришлось вернуться после знакомства с книгой воспоминаний бывшего командира Гвардейского истребительного авиационного полка № 11 Черноморского флота Героя Советского Союза Константина Дмитриевича Денисова «Крылья над морем». Автор упомянул один из боевых эпизодов подготовки Крымской наступательной операции: «В середине дня 3 декабря на подходе к Севастополю воздушная разведка обнаружила вражеский транспорт, конвоируемый боевыми кораблями. Немедленно в этот район вылетели «петляковы» под прикрытием «кобр». Однако, пока обрабатывали данные, взлетали и шли к цели, в районе Севастополя резко ухудшилась погода.     Бомбардировщикам пришлось бомбить с малой высоты и с горизонтального полета. Рядом находились истребители сопровождения. В носовую часть «эркобры» лейтенанта Виктора Щербаченко попал малокалиберный зенитный снаряд, разворотивший приборную доску. Вышло из строя почти все радиооборудование. При попадании снаряда летчик инстинктивно взял ручку управления на себя и оказался в облаках. Сколько он находился там, трудно сказать, но, когда вынырнул из облачности, своих самолетов не обнаружил. Вокруг стеной стояла дождевая завеса, облачность прижимала самолет к поверхности моря…Будучи на командном пункте авиагруппы, я вместе с присутствовавшими там офицерами услышал: — Ничего не вижу и не слышу. Подо мной море, компас не работает. Что делать? Отзовитесь…
   Но напрасно я посылал в эфир его позывные, летчик упрямо повторял все ту же фразу. Ясно: радиоприемник у него не работает, помочь ему чем-то мы бессильны. Оставалось только продолжать вызывать его на связь — вдруг приемник включится от вибрации или сотрясения самолета. Но, видимо, и сам Щербаченко понял, что произошло, перестал обращаться к нам за помощью. На КП воцарилась гнетущая тишина, каждый думал: что же сейчас там, у нашего товарища? Что его ждет? И вдруг в динамике вновь раздался взволнованный голос Виктора: — Вижу знакомые озера! Нахожусь в районе Херсона… Почему он сразу определил свое местонахождение, нам было ясно: лейтенант Щербаченко неоднократно летал в тот район, хорошо его изучил. Но… опять его голос, теперь уже тревожный: — Опознал аэродром Сарабуз. Взлетают «мессеры». Горючего осталось 5 галлонов, до Перекопа не хватит. Значит, Щербаченко все же спутал дельту Днепра с озерами в районе Сак, и выбранный им курс на восток привел не к Скадовску, а к вражескому аэродрому в центре Крыма. Подсказать ему не могли, да и он ведь так долго не подавал голоса…
   Прошло еще немного времени. Все! Горючее у него кончилось. Разошлись подавленные и несколько дней всё не могли успокоиться. И вот — телеграмма от Ермаченкова: «Летчик Щербаченко находится у крымских партизан, в ближайшие дни прибудет в Скадовск». Вскоре узнали и подробности: летчик на последних литрах бензина направил самолет к Крымским горам и посадил его в ущелье на фюзеляж. Спрятался за камни и приготовился к перестрелке с фашистами. Услышал топот копыт. Враги? Нет, это оказались партизаны. Они увидели нырнувший в ущелье краснозвездный самолет и поспешили на помощь…»
.
   Сам пилот через некоторое время с помощью партизан вернулся в свой полк и, получив новый самолет, продолжал воевать с фашистами.
   Сейчас, когда исследователям открылись ранее недоступные архивы, предстоит кропотливая работа по изучению и уточнению данных об этом эпизоде героической истории наших дедов и отцов.
   Участники полевого выезда произвели уборку и возложили цветы к памятному знаку на большом партизанском аэродроме и собрали артефакты на месте падения самолета. Следует отметить бережное отношение сотрудников Межгорского и Новокленовского лесничеств к памятникам истории и природы на территории природно-геологического заказника «Караби-Яйла». Везде установлены предупреждающие и пояснительные таблички, оборудованы места отдыха.